- Далеко не всегда… Но случается. Отморозки.

- Что? - Апыхтин поднял голову.

- Так их называют в уголовном мире. Отморозки. Люди с отмороженными мозгами. Внешне они не отличаются от нормальных людей, вроде как все… И улыбаются, и женщин любят, у некоторых даже дети рождаются… Но мозги у них отморожены. И все остальное, что с этим связано, тоже отмерло - совесть, сочувствие, порядочность… Я вот о чем хотел попросить вас, Владимир Николаевич… Может быть, вы посмотрите внимательно, что именно у вас пропало и пропало ли что-либо вообще?

Апыхтин некоторое время молча смотрел на Юферева, осмысливая вопрос, и наконец кивнул, давая понять, что понял сказанное.

- Вы хотите сказать, что могло и ничего не пропасть? - спросил он. - Вы хотите сказать, что убийство было единственной целью этих… Как вы говорите, отморозков?

- Будем думать, Владимир Николаевич, будем работать… Я вызвал машину, сейчас увезут… ваших близких. - На долю секунды запнулся капитан перед тем, как произнести «ваших близких», но Апыхтин сам уточнил:

- Трупы увезут. Близких у меня уже нет.

- Я понимаю, что поступаю безжалостно, пытаясь сейчас задавать вам вопросы…

- Задавайте.

- По линии банка… Были угрозы, требования? Вы понимаете, о чем я говорю. Может быть, шантаж…

- Ничего этого не было.

- Хорошо. У вас есть «крыша»?

- Да.

- Кандауров?

- Он самый.

- С ним все в порядке?

- Да, капитан… С Кандауровым у меня все в порядке. Просто идеально. Лучше не бывает.

- Откуда вы знаете, как бывает? - Юферев хотел было задать какой-то вопрос, но, взглянув на Апыхтина, остановился. Тот сидел на неустойчивой кухонной табуретке и, зажав ладони коленями, уставившись в какую-то точку на стене, раскачивался из стороны в сторону. Вряд ли он вполне осознавал сейчас все, что говорил ему Юферев, что он сам отвечал. Похоже, он просто выделил для разговора какой-то незначительный участочек своего мозга и доверился ему. А сам впал в затяжное оцепенение и был там, в комнате, в нескольких метрах отсюда, где лежала Катя с распоротым горлом, из которого вытекло так много крови, и в следующей комнате, где лежал с продырявленной головой Вовка…