- Тут потеряешь, - отозвался эксперт с фотоаппаратом. Но о своих обязанностях не забыл - подойдя к Апыхтину, несколько раз сфотографировал его.

- Не притворяется? - спросил Юферев.

- Посмотри, он совсем зеленый.

- Принеси воды.

Взяв из рук эксперта литровую банку с водой, капитан тонкой струей начал поливать виски Апыхтина, голову, шею. Через некоторое время Апыхтин шевельнулся, открыл глаза, не в силах сразу стать на ноги, чуть приподнялся, прислонившись спиной к стене.

- Я не хочу жить, - сказал он негромко и повторил: - Я не хочу жить.

- А придется, - ответил Юферев, помолчав.

- Мы на Кипр собирались, - несколько некстати сказал Апыхтин. - Вовка карту изучал…

- Поезжайте один. Это самое лучшее для вас сейчас.

- Что с ними сделали?

- Жене перерезали горло. - Голос Юферева оставался таким же мертвенно-серым, без всякого выражения. Не выдержал бы сейчас Апыхтин ни казенного сочувствия, ни соболезнования.

- А Вовка?

- Ткнули чем-то в висок. Судя по тому, что смерть наступила быстро, рана глубокая.

- А почему вы решили, что смерть наступила быстро?

- Есть некоторые признаки, - ответил эксперт, полноватый, румяный, лысый.

- Они сопротивлялись?

- Да.

- Это тоже можно установить?

- Предположительно, - уклонился эксперт от подробностей.

Апыхтин все так же сидел у двери, упершись ладонями в пол и откинув голову назад. Он старался дышать глубже, каждый раз полностью выталкивая из себя воздух.

Видя, что он пришел в себя, снова задвигались в комнате люди, опять принялись что-то замерять, высматривать, выискивать. Апыхтин с трудом поднялся, постоял у стены, видимо, не уверенный, что может идти, но потом все-таки направился на кухню. Обернулся на Катю, лежащую посредине комнаты, но не остановился.